Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: читаю книжки (список заголовков)
00:35 

«Над пропастью во ржи», Джером Сэлинджер

позывные ветров
Дочитала, кстати. Никакого подвига в этом нет (а хотелось бы), книжка маленькая, в сравнении со всякими Будденброками.
В последнее время, берясь за книгу, я ожидаю большей резкости в переходах, а потому, что с Томасом Манном, что здесь, где-то на середине застываю в негодовании — эта бесконечная завязка когда-нибудь кончится? где всё остальное, мать вашу? Хотя всё остальное уже началось (не будем о проблемах мышления, клиповости, сериальности и прочем. вангую, что связано именно с этим).
Такие ожидания играют явно не на пользу впечатлениям — спустя треть книги я уже в ней разочаровалась и искренне не понимала, ЧО ТАКОГО ТО и почему весь мир писает с неё кипятком. Дочитывала из чистого упрямства, дочитала, немного поменяла мнение и всё ещё не понимаю, почему все писают кипятком. Типа ок, это про всех, и про поколение, и про меня тоже (формулировка эта в последнее время стала удивительно затасканной и блевотной — «это про меня, это про него»). Понятное дело, что все искусство, тобой поглощаемое, — про тебя, ты ж его читаешь/смотришь/воспринимаешь и автоматически прикладываешь, как подорожник, к своей жизни. Потому на этом этапе мне кажется, что мастерство — в схватывании внутренних ощущений и внешних нелепостей, которые роднят с описанным миром. И тут словилось хорошо, особенно когда кризис трети книги прошёл.
Однако всё равно не скажу, что Холден — мой герой, хотя ему хватает смелости поступать так, как мне мечталось (хотя и не всегда). Ок, он делает классные штуки, ок, он не Мери Сью, а нормальный подросток 16 лет, который скорее заплачет от безысходности, чем пойдёт бить кому-то морду. Не бывает нормальных подростков, которые дейстивтельно бьют морды ПО-НАСТОЯЩЕМУ, ну или они исключительные деграданты (имхо, как говорится в старом интернете). А мне — тоже в душе 16, и я его понимаю, как человека. А как героя, на которого молятся, — нет.
Круто, что я даже немного поверила, что в конце он СПОЙЛЕР и СПОЙЛЕР, хотя подобные «ну всё!» и мне свойственны (и я знаю, чем они заканчиваются), но всё равно мне было слишком много такой... ловкости. Когда авантюрные штуки прокатывают как по маслу, включая «забраться в родительский дом и незаметно свалить, НЕСМОТРЯ НА», мне-то такое только снится (реально приснилось недавно, и было очень круто). Наверное, читать надо было раньше, а не в почти-21-когда-я-успела-постареть. Сделаю скидку на свою моральную старость и довольно покиваю головой: ссыте кипятком дальше, можно, в принципе.


Вот бы меня взяли куда-нибудь писать короткие книжные рецензии на любую чушь, которую я читаю. А не на говнище, типа «Духлесс 2», когда сначала читаешь и плюёшься, потом пишешь и плюёшься, а потом объём маленький и вообще мы закрылись. Скачала себе на телефон Берроуза. Мечтаю о компактной и удобной читалке и плеере на дохуя места, а не на 2 гига. Да много о чём мечтаю, денег только нет. И уверенности. И понимания, чего я от жизни хочу (потому что выбора слишком много в этом мире).

Недавно мать заявила, что я рассуждаю, как тридцатилетняя и вообще «не беги вперёд паровоза». Может, правда перестать таким грешить?

@темы: Над пропастью во ржи, Сэлинджер, рецензионализм, читаю книжки

22:42 

«Иуда Искариот», Леонид Андреев

позывные ветров
Решаешь превратить днявочку в склад из кривых рецензий? Иди в этом до конца! АХТУНГ: есть про религию, но большое в плане худ.лит-ры

Занимает два часа чтения и ещё несколько часов пост-раздумий. Серьёзно, я не помню, чтобы меня когда-то ТАК трясло от книги. Натурально трясло, я имею в виду. У меня было состояние, близкое к истерике, когда внутреннее становится больше внешнего. В такие моменты мне хочется извиваться, как в припадке эпилепсии, заламывать руки, выть и раздирать себе кожу ногтями до кровавых дыр. Выдавливать глаза, выкидывать их в Северное море. Пускать вырванные волосы по ветру, кататься по полу, молотя ногами и руками.

Потом оказывается, что Андреев-батюшка, создал всё это под наркотой в духе экспрессионизма, и становится понятно ВСЁ. I mean, заламывания, катания и неосуществленные вопли. И когда это ты стал таким эмоциональным? Да всегда, в общем-то, был.

Насколько приятна сама идея взгляда на библейскую историю под другим углом, немного ломающим бесконечные слюни в сторону апостолов-святых. Я всегда внутренне чувствовала тут наёб, и наконец-то нашла что-то, соотносимое с моими предчувствиями. Они такие же люди, как и все остальные; приближенные к Иисусу в силу разных забавных обстоятельств. Если задуматься: в чем они были выдающимися? Они просто поверили человеку, который пообещал им не_смерть. Особенно хорошо это видно из их стычек с Иудой, бессмысленного бросания камней (ещё и потенциально опасного для других людей занятия), детских препирательств на пустом месте «а мама любит меня больше». И поэтому совсем не удивительно их поведение в дальнейшем, расцениваемое скорее как трусость. Нет, ну а вы что хотели?

И другое дело Иуда. О нём говорят много гадостной чуши, выглядит он как ещё более гадостная чушь, задвигает иногда такое, что уши/глаза в трубочку, но его отличает (по крайней мере, есть такое впечатление) живой ум, бесконечное сомнение и, даже не правдо-, — мыслеискательство. ахтунг сложная пунктуация:facepalm: Его учение отлично от учения Иисуса, но больше похоже на правду: про злых и глупых людей, про (на самом деле!) практическую бессмысленность его вероучений и проповедей. Потому что его не воспринимают как мессию (а мы-то думали!). В глазах большинства он гастролёр: шут со смешными речами и абсолютной верой в эти речи (ну и кто не думал, что Иисус IRL был просто поехавшим?)
А Иуда любит его так, как может. Он бесконечно наивен, он хочет быть рядом с Ним, он хочет его ответной любви (интересно, есть фанфики Иисус/Иуда?), он предает Иисуса поцелуем любви. И до последнего верит, что кто-то пойдет спасать Иисуса, вот сейчас, в эту секунду.
Он намертво прилипает к Анне с предательством Иисуса, хотя кому это надо.
Апостолы сбегают, хотя Иуда принёс им оружие для защиты.
Люди вокруг ничего не предпринимают.

И Иуда тоже — потому что он занимает позицию стороннего наблюдателя, предателя, роль которого уже совершилась. Если он спасёт Иисуса сейчас, рано или поздно такое повторится, и снова никто не будет спасать Иисуса. Не вечно же рядом будет Иуда, любящий и прощающий Иуда, смотрящий сверху вниз, как Бог-отец на Бога-сына (и называет его сыном, собственно; в противоположность тому, как сначала считал его отцом). Он хотел быть первым рядом с Иисусом, и теперь навсегда там запечатлен, потому что когда бы ни говорили об Иисусе, всегда вспоминают его предателя — Иуду. Предателя искренне любящего; предателя, который не перенес горькой правды и повесился, завершив свою миссию.

Божечки, как перевернул меня этот взгляд на вещи, казавшиеся абсолютным злом. Как будто жизнь, всегда состоявшая из чёрного и белого, внезапно хуярнула немного полутонов, а потом мутировала в бесконечно многоцветную радугу.

UPD: С вами снова человек, который не может выразить все свои мысли в один присест и вечно забывает что-то дописать. Иуда, если кто не понял, не считал, не увидел (потому что этого могло не быть) — двойственный вот прямо везде, где только можно, неоднозначный, а потому — идеальное поле для размышлений, которые вечно ускользают. Забываешь, например, что одним из мотивов Иуды было банальное (хех) желание признания своим учителем. «Почему он не любит меня? Разве я не красивее, не лучше, не сильнее их? Разве не я спас ему жизнь, пока те бежали, как трусливые собаки?» И это так человечно, так похоже на ежедневные мысли людей, не осознающих собственное уродство, не видящих себя со стороны, —
аж дух захватывает от такого попадания. Не зря же сказали как-то, что литература (да и искусство) — это про то, чаще всего, что ты испытал и пережил, про ценность человеческого опыта, облаченного в форму произведения искусства. Почему подростковые стишки чаще всего вызывают усмешку и легкое пренебрежение? Потому что в них нет того ценного опыта, который пригодится кому-то еще, кроме тебя самого.

@темы: читаю книжки, символизм, русская литература, рецензионализм

ХУЕТА ХУЕТ

главная